Книга Елены Прудниковой рассказывает о самом трагическом периоде Великой Отечественной войны — лете 1941 года. Автор разбирает различные мифологемы первых дней войны: внезапность нападения, срыв мобилизационного плана, преступные директивы и многое другое. Отдельная глава посвящена неизвестным героям 1941 года.

Репрессии тридцать седьмого года представлены в истории и в массовом сознании как «сталинские». Произошло это еще в 50-е годы, когда Хрущев и его пиарщики запустили в массовое сознание сказочку о злодее и тиране, уничтожавшем партию исключительно из-за собственного властолюбия. Между тем все было совсем не так. Знаете ли вы, сколько среди репрессированных было членов партии? Вы будете сильно удивлены. Знаете ли вы, что собой представлял «лимит» на расстрелы? Вы будете удивлены еще больше. И так много, много раз. На самом деле репрессии выглядели совсем не так, как принято думать. И, разобравшись в их механизме, мы убедимся, что слишком многие процессы там до боли знакомы. А вспомнив события 90-х годов в России и совсем уже недавние на Украине, мы поймем, от какой опасности спасали страну, пусть и такой страшной ценой.

Репрессии тридцать седьмого года представлены в истории и в массовом сознании как «сталинские». Произошло это еще в 50-е годы, когда Хрущев и его пиарщики запустили в массовое сознание сказочку о злодее и тиране, уничтожавшем партию исключительно из-за собственного властолюбия. Между тем все было совсем не так. Знаете ли вы, сколько среди репрессированных было членов партии? Вы будете сильно удивлены. Знаете ли вы, что собой представлял «лимит» на расстрелы? Вы будете удивлены еще больше. И так много, много раз. На самом деле репрессии выглядели совсем не так, как принято думать. И, разобравшись в их механизме, мы убедимся, что слишком многие процессы там до боли знакомы. А вспомнив события 90-х годов в России и совсем уже недавние на Украине, мы поймем, от какой опасности спасали страну, пусть и такой страшной ценой.